Международное право. Уничтожение гражданских объектов: военное преступление, а не геноцид
Намеренное уничтожение складов с товарами мирного назначения (гражданских объектов) как один из видов военных преступлений в международном праве
Намеренное уничтожение складов с товарами мирного назначения (гражданскими объектами) квалифицируется международным гуманитарным правом как военное преступление.
Согласно Римскому статуту Международного уголовного суда и Женевским конвенциям, такие действия подпадают под несколько конкретных категорий:
1. Нападение на гражданские объекты
В условиях войны действует базовый принцип различения: комбатанты (стороны конфликта) обязаны разделять военные и гражданские объекты.
Намеренное уничтожение мирных складов нарушает этот принцип и классифицируется как нападение на гражданские объекты, если они не использовались военными для обеспечения армии.
2. Произвольное уничтожение имущества
Если уничтожение складов не продиктовано крайней военной необходимостью, это расценивается как незаконное, бессмысленное и крупномасштабное уничтожение имущества, что является серьезным нарушением Четвертой Женевской конвенции.
3. Использование голода как метода ведения войны
Если на складах находились товары первой необходимости (например, продовольствие, медицинские препараты или запасы питьевой воды), уничтожение которых ставит под угрозу выживание гражданского населения, это может квалифицироваться как военное преступление по использованию голода среди гражданского населения в качестве метода ведения войны.
Почему это не геноцид?
Для квалификации преступления как геноцида необходимо доказать специальный умысел (dolus specialis) — цель уничтожить конкретную национальную, этническую, расовую или религиозную группу как таковую.
Если уничтожение складов является частью общей военной тактики по разрушению экономики или инфраструктуры противника, но не направлено на физическое истребление группы населения, преступление остается в категории военных преступлений.
Геноцид в международном праве
Согласно Конвенции ООН о предупреждении преступления геноцида и наказании за него, геноцид — это действия, которые совершаются с намерением уничтожить полностью или частично национальную, этническую, расовую или религиозную группу.
Формы и проявления геноцида
В международном праве выделяют пять основных видов (форм) таких деяний:
- Убийство членов группы;
- Причинение тяжких телесных повреждений или умственного расстройства членам группы;
- Создание тяжелых условий жизни, которые рассчитаны на полное или частичное физическое уничтожение группы (например, голод или лишение медицинской помощи);
- Предотвращение деторождения с целью сокращения численности группы;
- Насильственная передача детей из одной группы в другую.
Защищаемые группы
Юридически преступлением признается уничтожение именно этих четырех общностей:
- национальные группы;
- этнические группы;
- расовые группы;
- религиозные группы.
ВЫВОДЫ
В статье «Политик Леонид Гозман заявил: “Красивая форма – единственное отличие СМЕРШ от СС”» российская журналистка и обозреватель газеты «Комсомольская правда» Ульяна Скойбеда пишет:
- «Советский Союз не равен Гитлеровской Германии просто по праву победителя. Как бы ни началась война и как бы она ни велась, мы победили, и будем устанавливать свои правила. Установили их в 45-м. В пересмотре не нуждаемся». (см. ссылку)
Формула была высказана в 2013 году в рамках полемики об оценке действий СМЕРШ и НКВД в годы Второй мировой войны — то есть изначально касалась спора о прошлом.
Однако сама логика, положенная в её основу, шире конкретного повода: она подменяет юридическое основание ответственности силовым (силу права — правом сильного) и в этом виде впоследствии не раз воспроизводилась в более широком контексте — как универсальный аргумент для оправдания, по сути, любых действий, если они совершены победившей или считающей себя таковой стороной.
Международное гуманитарное право строится на обратном принципе: применимость норм не зависит от исхода конфликта.
Нюрнбергские принципы, сформулированные по итогам процесса 1945–1946 годов и впоследствии закреплённые Комиссией международного права ООН, устанавливают индивидуальную уголовную ответственность за военные преступления и преступления против человечности независимо от того, на чьей стороне оказался военный перевес.
Из этого следует практический вывод для темы настоящей статьи.
Развязывание агрессивной войны само по себе является самостоятельным международным преступлением — преступлением против мира. Однако статус агрессора не отменяет ответственность ни одной из сторон конфликта за отдельные нарушения Женевских конвенций, совершённые в ходе боевых действий, — в том числе и за нарушения, допущенные стороной, подвергшейся агрессии (иными словами, действия государства-агрессора не дают государству-жертве конфликта автоматического права нарушать статьи конвенций, стороной которых оно является). Это два разных состава, оцениваемых параллельно, а не один в счёт другого.
Уничтожение складов с товарами гражданского назначения, о котором шла речь выше, остаётся военным преступлением независимо от того, какая из сторон конфликта его совершила и кто именно нёс ответственность за начало войны.
Право победителя как основание для различения между собственными действиями и действиями нацистской Германии не выдерживает проверки самим текстом норм, на которые опирается настоящий анализ: ни Женевские конвенции, ни Римский статут, ни Конвенция о предупреждении геноцида не содержат исключений для победившей стороны.
Last Updated on 09.09.2026 by iskova