Киевская старина. XIX век. Старорежимный человек

Киевская старина. XIX век. Старорежимный человек

Старорежимный человек. В XIX и начале ХХ века так называли людей “николаевской закалки”, превыше всего ценивших порядок, дисциплину, неукоснительное следование всем приказам начальства и измерявших личное достоинство чинами и званиями.

Человек формации «сороковых годов», как точно подметил писатель-полицейский Ф. Ясногурский, «был настойчив, самонадеянный, с замечательной силой воли и характера». (Иными словами, ему были свойственны самоуверенность и напористость).

С приходом после Крымской войны либеральных времен люди этой формации составили нечто вроде правой оппозиции и чинили всяческие препятствия реформам, проводимым правительством.

Они не принимали ни новых порядков, ни обычаев, ни нравов.

Признанным лидером киевского либерализма «послекрымских времен» считался генерал-губернатор князь Иларион Иларионович Васильчиков, проявлявший удивительную для того времени доброжелательность к подчиненным и сильно раздражавший сторонников «старого режима» (николаевских порядков) своей «нерешительностью».

Впрочем, в либерализме князя было много показного и нарочитого, рассчитанного на эпатаж закоренелых консерваторов.

Он любил ездить по своим делам и на дачу без кучера, сидя с кнутом на козлах, копал грядки на огороде, устраивал в генерал-губернаторском доме литературные вечера и не обращал внимания на студентов, разгуливающих по улицам в расстегнутых мундирах, за что при Бибикове ссылали на год-два в уездные города или отдавали в солдаты.

Он же определил своих дочерей в первую открытую городскую женскую гимназию, названную позже Фундуклеевской, приказал посадить их за парты вместе с дочками подольских мещан и спрашивать с них уроки строже, чем с иных детей.

Его некрикливые, простые и душевные речи перед шедшими через Киев на Крымскую войну войсками вызывали у людей николаевской закалки недоумение и смех.

Старорежимные люди отошли от дел во времена царствования Александра Николаевича, некоторые из них дожили до революций 1905 и 1917 годов и при этом всю жизнь сожалели об отсутствии «порядка» и «дисциплины в государстве» и горько сетовали на упадок нравов «нового поколения».

Им казалось, что вот-вот придет «сильный правитель» и «так стукнет кулаком по столу», что все затрясутся со страху. Тогда-то и наступит «настоящая жизнь»!

В своих писаниях Ф. Ясногурский неоднократно заявлял, что ему известны некоторые старорежимные личности, которым якобы ничего не стоило покончить с революционным и либеральным движением, если бы только общество обратилось к ним за помощью.

Он даже называл имена и адреса этих престарелых гениев кнута, но, увы, никто не спешил прибегнуть к его совету.

Старорежимные люди радовались, когда вешали заговорщиков и судили «зарвавшихся газетчиков». 

В обществе их считали ультрареакционерами.

Старорежимных людей XIX века не следует путать с пережившими свою эпоху романтиками, вышедшими из культурной среды 1830—1850 годов. Они также критиковали чуждые им буржуазные нравы, «власть плутократов», «нерешительность властей» в борьбе с воровством и взяточничеством, но все надежды возлагали не на «прежний порядок», а на религию, культуру и успехи просвещения.

Такими романтиками (но отнюдь не старорежимными людьми!) были А. Муравьев, Н. Лесков, М. Чалый, Н. Богатинов и другие известные киевские деятели, оставившие нам свои бесценные записки и мемуары о старой киевской жизни.

 

Источник: А. Макаров. «Малая энциклопедия киевской старины»

Last Updated on 22.05.2024 by iskova