Влияние энергоресурсов на моральный императив Европы

Влияние энергетики на моральный императив Европы

По заявлению французских официальных лиц, Президент Франции Эммануэль Макрон присоединяется к другим европейским лидерам в поддержке эмбарго ЕС на поставки российской нефти. Министр финансов Франции Бруно Ле Мэр заявил, что он надеется, что ЕС сможет “прекратить импорт российской нефти в течение нескольких недель”.

Только на прошлой неделе министры иностранных дел Ирландии, Литвы и Нидерландов заявили, что Европейский Союз готовит предложения по нефтяному эмбарго в отношении России в связи с новостями о том, что российские войска убивают мирных жителей в Украине.

Ранее, ЕС одобрил пятый раунд санкций, который включал запрет на импорт российского угля. Но поскольку российская нефть составляет почти четверть импорта сырой нефти в ЕС, запрет будет стоить немалых денег.

The Cipher Brief побеседовал на прошлой неделе с экспертом Нормом Рулом, чтобы помочь представить в перспективе энергетическую проблему Европы. “Резкое прекращение поставок российских энергоносителей поставит Европу перед проблемой сокращения промышленного производства, отключения электричества, невозможности создания [энергетических] запасов на следующую зиму и вероятной рецессии”, – сказал Рул. “Политики также захотят понять, какое влияние дальнейшие экономические санкции окажут на развивающиеся экономики и будут ли Индия и Китай сотрудничать. Действия, направленные на дипломатическую изоляцию России, будут более простыми, хотя и окажут гораздо меньше влияния на принятие Россией решений”.

Однако нежелание вводить такой запрет – даже в свете жестоких действий России в Украине – сохраняется, поскольку перспектива расширения западных санкций будет работать непосредственно против экономических интересов Европы.

The Cipher Brief побеседовал с доктором Анной Микульской и доктором Ариэлем Коэном, чтобы узнать их мнение о потребностях Европы в энергоносителях и о том, что поставлено на карту.

Д-р Ариэль Коэн, старший научный сотрудник-нерезидент, Евразийский центр Атлантического совета

Д-р Ариэль Коэн является старшим научным сотрудником-нерезидентом Центра Евразии Атлантического совета и членом Совета по международным отношениям. Д-р Коэн также является старшим научным сотрудником Международного центра налогов и инвестиций (ITIC), где он возглавляет программу по энергетике, росту и безопасности (EGS). Д-р Коэн является основателем компании International Market Analysis Ltd, бутик-консалтинговой фирмы по политическим рискам.

Д-р Анна Микульска, научный сотрудник-нерезидент по энергетическим исследованиям, Центр энергетических исследований

Д-р Анна Микульска является внештатным научным сотрудником Центра энергетических исследований при Институте государственной политики Бейкера Университета Райса. Ее исследования посвящены геополитике природного газа в странах ЕС, бывшего советского блока и России. Микульска является старшим научным сотрудником Центра энергетической политики Клейнмана Пенсильванского университета, где она преподает семинары для аспирантов по энергетической политике и геополитике энергетики.

The Cipher Brief: Некоторые наблюдатели считают, что прекращение импорта российского газа может свести на нет рост крупнейших экономик Европы, поднять цены на энергоносители до рекордных уровней и разогнать инфляцию в мировой экономике. Учитывая мрачные перспективы, какие возможные меры предпримет Европа, чтобы продемонстрировать свое неодобрение военных действий России в Украине?

Микульска: Это может зависеть от того, в какой степени Россия готова и дальше навязывать свои действия и злодеяния, которые могут совершить ее военные. Экономика Европы важна, но в какой-то момент она может отойти на второй план. Просто посмотрите на уход западных компаний из России, включая энергетические компании, такие как BP и многие другие. Этот шаг не обусловлен ожиданиями прибыли, скорее наоборот, однако, моральный императив важнее.

Для Европы это также будет иметь место, и каждое правительство будет вводить в свое уравнение различные переменные. Природный газ – непростой товар, особенно зимой, поскольку большая его часть идет на отопление домов. Невозможность сделать это может привести к катастрофе – вспомните февраль прошлого года в Техасе. Европа уже сократила часть своей промышленной деятельности, зависящей от газа, и, возможно, еще большее количество предприятий будет сокращено. Это в любом случае повлияет на экономический рост в Европе. Цены на природный газ будут высокими, поскольку летом Европа будет пытаться заполнить свои хранилища сжиженным природным газом (СПГ), конкурируя с азиатскими покупателями.

Коэн: Этот вопрос обусловлен внутренними приоритетами и интересами каждой страны. Франция производит около 70 процентов электроэнергии на атомной энергии. Она не возражает против введения санкций против России в отношении природного газа, потому что у нее все равно будет электроэнергия от атомной энергетики и газ из других источников. Германия, с другой стороны, категорически против. Нидерланды против, потому что голландское месторождение в Гронинген истощается, а Нидерланды также являются центром торговли СПГ, поэтому им нужен российский СПГ. Все пытаются защитить свои интересы.

Взаимодействие между Парижем, Берлином, другими столицами и Брюсселем очень интересно, но я думаю, что важно, и что люди забывают, это то, что Европа была действительно движущей силой перехода на возобновляемые источники энергии. В Германии это известно как “energiewende” – преобразование энергетики. Сейчас у них в коалиции есть партия “зеленых”, так что это был момент, когда можно было блеснуть. Затем, в декабре, вероятно, зная, что будет дальше, и, вероятно, понимая, что огромные инвестиции в возобновляемые источники энергии не окупаются, ЕС объявил, что природный газ и атомная энергия будут “зеленым” топливом. До этого они таковыми не являлись.

Германия согласилась на природный газ, потому что для них это серьезный переход от топлива к возобновляемым источникам энергии, но они по-прежнему сопротивлялись ядерному топливу. Я думаю, что самой большой стратегической ошибкой Германии, которая привела к такой зависимости от российского газа, было закрытие ядерной энергетики из-за программы “зеленых”. Это была стратегическая ошибка. Будут ли они сворачивать эту программу или нет, еще предстоит увидеть. Пока, я думаю, они придерживаются принципа “НЕТ ядерной энергии”. Когда вы спрашиваете, что они могут сделать, они могут начать наращивать свою ядерную энергию.

The Cipher Brief: Еще до обнародования очевидных зверств, совершенных российскими войсками, европейские лидеры – в частности, Германия – говорили о реализации планов на случай непредвиденных обстоятельств для снижения зависимости от поставок российских энергоносителей. Что включают в себя эти меры, и могут ли они быть расширены и ускорены? 

Микульска: Да, Германии придется подумать о том, что делать, если она захочет заменить поставки газа из России, которые составляют более 50 процентов её импорта. Нормирование будет иметь большое значение, как и работа с другими странами для балансировки рынка. Важным шагом стало поглощение Германией Gazprom Germania GmbH, дочерней компании, которая в 2021 году держала рекордно низкие уровни хранения газа. Фактически, Газпром выполнял часть своих контрактных обязательств по поставкам газа в Европу, отбирая этот газ из своих хранилищ в Европе в то время, когда ЕС пытался купить больше газа, чтобы заполнить свои хранилища до среднего уровня.

Очевидно, что система была нарушена, и ее необходимо исправить. В Европе это, скорее всего, будет означать принятие мер регулирования; мы уже слышали об обязательном 90-процентном заполнении хранилищ с 1 октября. ЕС также говорит об обязательном заполнении газовых хранилищ.

Коэн: В Европе есть терминалы СПГ, но сейчас они также покупают плавучие хранилища СПГ (FSRU), оснащенные судовыми регазификационными установками. Это большие деньги, потому что каждая установка стоит около 250 млн долларов. У литовцев есть одно, у поляков есть одно, и еще у есть одно на берегу Крк в Хорватии. Одно строится в Александруполисе, в Греции.

Еще одним очень важным вопросом является связь между европейской сетью и этими объектами FSRU. Испания и Португалия располагают большими мощностями, но у них нет трубопровода в остальную Европу. Они могут брать СПГ и перекачивать его в остальную Европу, во Францию и далее в сеть.

Другая проблема – нехватка газа. Это большая проблема. У нас нет достаточного количества СПГ, и это, безусловно, приведет к росту цен. Например, цена СПГ в Европе была в два раза ниже цены СПГ в Азии. Теперь они сравняются.

The Cipher Brief: Хотя нынешний кризис разворачивается в Европе, глобальные факторы, вероятно, вступят в игру, поскольку США, ЕС и Россия готовятся к сдвигам – и контрсдвигам – в энергетической экономике. Какую роль в развитии ситуации могут сыграть субъекты за пределами региона – особенно ближневосточные поставщики нефти? Будут ли нефтедобывающие государства отдавать предпочтение США и их союзникам или России?

Микульска: Мы практически не видим никаких шагов со стороны ОПЕК, когда речь идет о поставках нефти и увеличении добычи сверх уровней,  установленных задолго до российского вторжения. Это может быть связано – и, скорее всего, связано – с двумя факторами.

Во-первых, существует общее ожидание производителей нефти, что текущие потребности в добыче нефти будут ослабевать по мере восстановления после COVID-19 или новых волн COVID, особенно в Азии, и, следовательно, если они начнут производить гораздо больше, то в итоге может возникнуть ситуация низкого спроса и высокого предложения, и мы испытаем дикое падение цен на нефть.

Во-вторых, в последние годы страны ОПЕК, включая, прежде всего, Саудовскую Аравию, геополитически двигались в сторону России и в сторону от США. В США также возникло ощущение, что “доктрина Картера” не играет такой важной роли в американской политике, учитывая сланцевую революцию в США и ее успехи в добыче нефти и газа. На самом деле, благодаря этому производству, ОПЕК стало трудно контролировать мировые нефтяные рынки, как это было раньше.

Для восстановления своего влияния ей понадобилась Россия. Поэтому сейчас ОПЕК не решается идти против России, увеличивая добычу и снижая цены на сырую нефть, что было бы расценено как помощь США и Европе – а также другим странам мира, разумеется, – в снижении цен “от нефтескважины”.

Коэн: Все бегут к саудовцам и эмиратам с просьбой качать больше нефти, и, конечно, саудовцы могут, тогда как газ находится в Катаре, но объемы добычи в Катаре ограничены, и объемы добычи в Америке тоже ограничены. Катар, США и Австралия – три крупнейших производителя. Это очень ёмкий рынок. Короче говоря, на это потребуется время, и это очень капиталоемкие проекты. Бурение газа на порядок дороже, чем нефти. А бурение на шельфе дороже, чем на суше.

Поэтому позвольте мне перейти к Ирану. В Иране хранится 90 миллионов баррелей нефти. США выделили 180 миллионов [из стратегического резерва], а Международное энергетическое агентство выделили еще 60 миллионов. Саудовская Аравия может просто начать качать, возможно, от миллиона до полутора миллионов баррелей в день немедленно. Но у иранцев есть 90 миллионов в хранилище. Они могли бы начать продавать их. Это приведет к снижению цен на нефть.

У Ирана много газа, и если бы они были умными, они бы просто успокоились и позволили нефтяным или газовым компаниям разрабатывать огромные газовые ресурсы. Гигантское газовое месторождение, которое разрабатывают катарцы, очень успешно, в национальном фонде национального суверенного богатства более триллиона долларов.

Иранцы владеют более чем половиной этого месторождения. Они просто не успели его разработать. Они могли бы, если бы перестали быть такими раздражительными. Так что это еще одна возможность. Мы развиваем Иран – как за счет высвобождения нефти из хранилищ и возвращения иранской нефтяной промышленности для решения проблемы дефицита, так и для развития газовой отрасли.

The Cipher Brief: Если, как ожидается, ЕС в ближайшей перспективе примет решение об ограниченных санкциях в отношении поставок российских энергоносителей – в первую очередь угля и нефти, – какие более долгосрочные шаги может предпринять ЕС или отдельные европейские государства для снижения зависимости от поставок российского природного газа? Есть ли в ЕС готовность к разработке альтернатив существующим структурам и договоренностям по природному газу?

Микульска: Европе необходимо разработать систему, независимую от российских поставок. Континенту очень нужен газ. Газ отлично подходит для использования в тех случаях, когда возобновляемые источники энергии не в состоянии поддержать энергосистему. Кроме того, газ является одним из основных видов топлива для отопления. Есть несколько важных путей, по которым Европа может и должна действовать.

Во-первых, создание дополнительных объединений энергосетей для использования неиспользуемых мощностей СПГ, особенно на Пиренейском полуострове, где имеется огромное количество мощностей по приему СПГ, но почти нет связи с остальной Европой. Кроме того, потенциально лучшее соединение с итальянским пунктом приема СПГ и трубопроводом в Великобританию может помочь сбалансировать европейский газовый рынок.

Кроме того, введение в строй большего количества терминалов СПГ, особенно там, где в противном случае использовался бы российский газ. Конечно, на ум приходит Германия, но и другие места также могут быть важны. Можно также увеличить мощности по приему СПГ в Центральной и Восточной Европе. Они не так хорошо связаны между собой, как Западная Европа.

Коэн: Я остановлюсь на Германии. Когда немцы говорят, что мы уйдем от российского газа, а вы посмотрите на цифры – если бы они открыли трубопровод “Северный поток – 2”, то 55% их газа поступало бы из России. Сейчас это более 40 процентов. Если перевести это количество в миллиарды кубометров – это очень много их газа. Россия экспортирует около 200 миллиардов, цифра то увеличивается, то уменьшается. Из них, допустим, Германия – половина, это 100 млрд кубометров, и я смотрю на доступные трубопроводы и СПГ, это очень, очень сложно. Я не представляю, как они это заменят.

Они уже заявляют, что мы отказываемся от российского угля, а в Германии есть мощности для угольных станций. В мире много угля, но он очень загрязняет окружающую среду.

Они могут сделать полный разворот на 180 градусов и заявить: “Знаете что, мы тут решили, что атомная энергетика не такая уж грязная и не такая уж плохая. Вот рекомендации”. Именно так поступил ЕС. Вы не просто храните, как мы, отработанное топливо где-то в бочках. Вы закапываете его, как это делают французы и финны, где-то глубоко в горах и надеетесь, что оно не просочится в водоемы. Им нужно пересмотреть и ужесточить контроль над ядерной энергетикой. Вот откуда могут взяться ваши базовые мощности. Они этого еще не сделали.

И второе: сейчас ядерная энергетика очень дорогая. Материалы дорогие. Раньше сроки строительства составляли четыре-пять лет, теперь – семь-десять лет – и цена удваивается, поэтому я не уверен, что они станут это покупать. Они также могут продвигать больше возобновляемых источников энергии. Посмотрим, какие будут ограничения.

 

В статье использованы репортаж, исследование и анализ Кена Хьюза и редактирование Сюзанны Келли 

19 АПРЕЛЯ 2022 ГОДА

Источник: THE CIPHER BRIEF


 

Last Updated on 21.04.2022 by iskova

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

9 − 6 =