Русские идут… “Загадочная русская душа” глазами мыслителей разных эпох

Русские идут… “Загадочная русская душа” глазами мыслителей разных эпох

Русский философ Иван Ильин:

«Россия – самая паскудная, до блевоты мерзкая страна во всей мировой истории. Методом селекции там вывели чудовищных моральных уродов, у которых само понятие Добра и Зла вывернуто на изнанку. Всю свою историю эта нация барахтается в дерьме и при этом желает потопить в нем весь мир».

Русский писатель Фёдор Достоевский:

«Народ, который блуждает по Европе и ищет, что можно разрушить, уничтожить только ради развлечения».

рашисты в Мариуполе

Президент Франции Шарль де Голль:

«Русские люди никогда не будут счастливы, зная что кто-то живет лучше их. А так как к прогрессу они не способны – злоба и фрустрация являются постоянным душевным состоянием русских».

Русский писатель Михаил Салтыков-Щедрин:

«Если русским предоставить выбрать себе предводителя, они выбирают самого лживого, подлого, жестокого, вместе с ним убивают, грабят, насилуют, впоследствии сваливают на него свою вину. Спустя время церковь провозглашает его святым».

Русский писатель Максим Горький:

«Главной чертой российского национального характера является жестокость, и то жестокость садистическая. Говорю не об отдельных взрывах жестокости, а о психике, о душе народной».

Президент Чеченской Республики Ичкерия Джохар Дудаев:

«Русизм – это особая форма человеконенавистнической идеологии, основанная на великодержавном шовинизме, полной бездуховности и безнравственности. Отличается от известных форм фашизма, расизма, национализма, особой жестокостью, как к человеку, так и к природе… Принцип действия – уничтожение всего и вся, тактика выжженной земли. Отличается шизофренической формой мании мирового господства. Обладая рабской психологией, паразитирует на ложной истории, на оккупированных территориях и угнетаемых народах. Русизму характерен постоянный политический юридико-правовой и идеологический терроризм».

Немецкий философ Карл Маркс:

«Россия, не имеющая никакого отношения к Руси и получившая, вернее – укравшая, свое нынешнее название в лучшем случае в 18 веке, тем не менее – нагло претендует на историческое наследие Руси, созданной на восемьсот лет раньше. Однако Московская история – это история Орды, пришитая к истории Руси белыми нитками и полностью сфальсифицированная».

Русский писатель Александр Солженицын:

«Нет в этом мире мельче, сволочнее и хамовитее особи, чем кацап. Рождённый в нацистской стране, вскормленный пропагандой нацизма, – этот ублюдок никогда не станет Человеком. У его страны нет друзей – либо холуи, либо враги. Его страна способна только угрожать, унижать и убивать. И за сохранение этого статуса Рассеей рядовой кацап готов пожертвовать собственной жизнью, жизнями своих родителей и детей, качеством жизни собственного народа. Воистину: кацапы – звери. Лютые, кровожадные, но… смертные».

Немецкий философ Фридрих Энгельс:

«Любой захват территории, любое насилие, любое угнетение Россия осуществляла не иначе, как под предлогом просвещения, либерализма, освобождения народов».

Русский историк Николай Карамзин:

«Русскому соврать, что высморкаться. Их ложь исходит из их рабской сущности. Народ никогда не знавший и не говоривший правды – народ рабов духовных и физических. Убогие люди».

Историк и литературовед прибалтийско-немецкого происхождения Виктор Амандус Ген (1813-1890 гг.):

«Что мы видим в России?

Несчастный, лишенный индивидуальностей народ, одурманивающий себя водкой до самозабвения; народ, выросший в обстановке привычного унижения, шприцрутенов, кнутов, ударов в зад и по физиономии; народ с азиатской склонностью к резиньяции, без упорства, без творческой силы и самосознания; народ, нормально чувствующий себя только в условиях жестоких приказов и беспрекословного выполнения этих приказов; да, такой народ, конечно, сможет все. Из страха перед поднятым кнутом он способен на героизм, даже на проявление гениальности.

Это удивительная, лишенная даже намека на личное начало масса — благодарный материал для повелителей, социальных экспериментаторов, варягов, немецких дрессировщиков (экзерцирмайстеров).

И вот эта-то масса должна стать основой для высшей стадии развитии общества, в условиях которой интенсивнейшее чувство свободы каждого станет настолько зрелым, что разрешится во всеобщей социальной гармонии?

Этот народ первым сможет выйти за пределы индивидуального права, конкуренции, государства к идеальной политической организации, для которой потребны тончайшие плоды образованности и человечности?

С тем же основанием можно ожидать, что кристалл станет человеком сразу же, минуя растительное и животное царство».

Русский поэт (“наше всё”) Александр Сергеевич Пушкин (из письма П.А. Вяземскому 27.05.1826г.):

«Я, конечно, презираю отечество мое с головы до ног — но мне досадно, если иностранец разделяет со мною это чувство. Ты, который не на привязи, как можешь ты оставаться в России? если царь даст мне слободу, то я месяца не останусь. Мы живем в печальном веке, но когда воображаю Лондон, чугунные дороги, паровые корабли, английские журналы или парижские театры и <бордели> — то мое глухое Михайловское наводит на меня тоску и бешенство. В 4-ой песне «Онегина» я изобразил свою жизнь; когда-нибудь прочтешь его и спросишь с милою улыбкой: где ж мой поэт? в нем дарование приметно — услышишь, милая, в ответ: он удрал в Париж и никогда в проклятую Русь не воротится — ай да умница».

Русский поэт и критик князь Петр Андреевич Вяземский:

Русский Бог

Бог голодных, бог холодных,
Нищих вдоль и поперёк,
Бог имений недоходных,
Вот он, вот он русский бог.

<…>

К глупым полн он благодати,
К умным беспощадно строг,
Бог всего, что есть некстати,
Вот он, вот он русский бог.

© Mariyana Atanasova – Lucero

Русский композитор М.И. Глинка. Из воспоминаний его сестры, Л.И. Шестаковой:

«27 апреля 1856 года Михаил Иванович Глинка, уезжая из России в Германию, разделся на границе… догола, до самого гола, бросил на землю платье, чтоб и духу русского с собой случайно не прихватить, плюнул на русскую землю и крикнул: “Дай Бог мне никогда больше не видеть этой мерзкой страны и ее людей” — и шагнул под шлагбаум.»

(“Русская старина”. Ежемесячное историческое издание. 1870 г. Том II. Санкт-Петербург, 1870г.)

Русский писатель, поэт, драматург, переводчик и сатирик, граф Алексей Константинович Толстой:

«У нас правительство лучше, чем мы заслуживаем, потому что мы настолько монголы и туранцы, насколько это вообще возможно. Позор нам! Это мы еще хотим повернуться спиной к Европе! Это мы провозглашаем новые начала и смеем говорить о гнилом Западе».

«Если бы перед моим рождением Господь Бог сказал мне: «Граф! выбирайте народ, среди которого вы хотите родиться! – я бы ответил ему: «Ваше величество, везде, где вам будет угодно, но только не в России!» У меня хватает смелости признаться в этом. Я не горжусь, что я русский, я покоряюсь этому положению».

Русский публицист и поэт, Иван Аксаков, один из лидеров славянофильского движения (из письма к родным):

«Ах, как тяжело, как невыносимо тяжело порою жить в России, в этой вонючей среде грязи, пошлости, лжи, обманов, злоупотреблений, добрых малых мерзавцев, хлебосолов-взяточников, гостеприимных плутов — отцов и благодетелей взяточников!»

Русский поэт Александр Блок:

«Тяжелый русский дух, нечем дышать и нельзя лететь».


Русский ученый, акaдeмик Иван Петрович Павлов, 1932 год:

«Должен высказать свой печальный взгляд на русского человека — он имеет такую слабую мозговую систему, что не способен воспринимать действительность как таковую. Для него существуют только слова. Его условные рефлексы координированы не с действиями, а со словами».

Last Updated on 25.03.2024 by iskova

Добавить комментарий