Капкан для сверхдержавы. Война США с Ираном 

КАПКАН ДЛЯ СВЕРХДЕРЖАВЫ

Почему 40 километров Ормузской лужи умножат на ноль триумф Трампа

Если послушать лощеных аналитиков в эфирах CNN или Fox News, война с Ираном — это эдакий высокотехнологичный тир. Прилетели «стелсы», отбомбились красивыми умными бомбами по бункерам, авианосная ударная группа выпустила пару сотен «Томагавков», аятоллы разбежались по подвалам, режим рухнул, Трамп выходит к микрофону на лужайке Белого дома и объявляет тотальную и безоговорочную победу. Рынки ликуют, бензин дешевеет, Америка снова великая.

Звучит как отличный сценарий для голливудского блокбастера. Проблема лишь в том, что к реальности этот технологический онанизм не имеет ни малейшего отношения. Говорящие головы в телевизоре намеренно игнорируют одну крайне неудобную географическую и военную деталь, которая превращает всю эту «маленькую победоносную войну» в потенциальную мясорубку и экономический суицид. И имя этой детали — Ормузский пролив.

Давайте отбросим розовые очки куда подальше и посмотрим как работают войны в XXI веке.

АНАТОМИЯ БУТЫЛОЧНОГО ГОРЛЫШКА

Диванные стратеги любят рассуждать о мощи ВМС США так, будто война будет идти в открытом Тихом океане, где авианосец может маневрировать на сотни миль. Но Ормузский пролив — это не океан. Это лужа. В самом узком месте его ширина составляет около 40 километров. Из-за мелководья и сложного фарватера реальные судоходные коридоры для гигантских неповоротливых супертанкеров ужимаются до двух полос шириной по 3,5 километра.

Представьте себе шоссе, где неповоротливые фуры с взрывоопасным грузом ползут со скоростью велосипеда, а по обочинам, на отвесных скалах, сидят парни с гранатометами. Вот что такое Ормуз.

Иранское побережье вдоль этого горлышка — это не ровные пляжи Малибу. Это изрезанная горная гряда, тысячи естественных и искусственных пещер, лабиринты тоннелей и целая россыпь островов (Кешм, Ормуз, Большой и Малый Томб), которые Корпус стражей исламской революции (КСИР) последние 30 лет превращал в неприступный укрепрайон. Им не нужны современные эсминцы или крейсеры, чтобы перекрыть эту артерию. Все их ржавые фрегаты США могут пустить на дно в первые же часы конфликта — и это абсолютно ничего не изменит. Иранская стратегия строится на другом. Это классическая асимметричная война, «москитная доктрина», возведенная в абсолют.

МАТЕМАТИКА ДЛЯ ГОПНИКОВ: $2 МИЛЛИОНА ПРОТИВ $2 ТЫСЯЧ

Главный кошмар Пентагона — это не иранская ядерная бомба, которой, возможно, еще нет. Это элементарная математика истощения.

В чем суть иранской тактики? Из замаскированной дыры в скале, которую невозможно засечь со спутника, пока она не откроется, выкатывается пикап с направляющими. Или из подземного грота выныривает десяток дешевых стеклопластиковых катеров, набитых взрывчаткой и управляемых по радио (или смертниками, которых на Ближнем Востоке всегда в избытке). В небо устремляется рой дешевых дронов-камикадзе. Себестоимость одного такого «Шахеда» или его аналога — от двух до двадцати тысяч долларов.

Теперь посмотрим на американский эсминец, который должен защищать пролив. Это венец технологий стоимостью под два миллиарда долларов. На его борту стоит система «Иджис» и зенитные ракеты SM-2 или SM-6. Стоимость одной такой ракеты — от 2 до 4 миллионов долларов.

Когда КСИР запускает залп из пятидесяти дешевых мопедов с крыльями в сторону танкера, эсминец обязан реагировать. Он отстреливает свои многомиллионные перехватчики. Бинго! Американцы сбивают все цели. В новостях рапортуют о блестящей работе ПВО. Но что произошло на самом деле? Иранцы потратили 100 тысяч долларов, а США сожгли в небе 100 миллионов.

А теперь самое интересное: боекомплект эсминца не бесконечен. В его ячейках 90-96 ракет. Перезарядить их в открытом море под огнем невозможно — нужно идти на базу. Как только эсминец расстреливает свой боекомплект по дешевому мусору, он остается голым. И вот тогда из соседней пещеры вылетает настоящая противокорабельная ракета, которая бьет в борт танкера или самого эсминца. Занавес. Пролив перекрыт. Остов горящего танкера физически блокирует фарватер, страховые премии на морские перевозки улетают в стратосферу, мировые биржи бьются в эпилептическом припадке.

ИЛЛЮЗИЯ ТОТАЛЬНОГО ПРЕВОСХОДСТВА В ВОЗДУХЕ

Западные эксперты обожают мантру: «Мы просто разбомбим их пусковые установки с воздуха». Это самое опасное заблуждение этой войны.

Авиация великолепно справляется со стационарными целями: казармами, заводами, взлетно-посадочными полосами, штабами. Можно сравнять с землей Министерство обороны Ирана в Тегеране. Можно убить половину генералитета КСИР. Можно разнести в щебень все их ядерные центры в Натанзе и Фордо (если достанут бетонобойными). Трамп может хоть каждый день выкладывать в свои соцсети видео красивых взрывов.

Но авиация категорически не способна выиграть партизанскую войну. Воздушное превосходство умножается на ноль, когда твой враг — это три бородатых мужика, которые вытащили из пещеры трубу, нажали кнопку, запустили дрон и через две минуты скрылись обратно под 50-метровый слой гранита. Чтобы найти и уничтожить такую мобильную группу с воздуха, истребителю нужно висеть над ними в режиме реального времени. А длина побережья Ирана — более 2000 километров. У США просто не хватит самолетов, чтобы круглосуточно сканировать каждый куст и каждую расщелину на таком огромном пространстве.

Хуситы в Йемене (которых тренировал и вооружал тот же Иран) наглядно доказали это всему миру. Саудовская Аравия с новейшим американским оружием бомбила их годами. США и Великобритания наносили удары по их позициям. Итог? Хуситы в шлепанцах как пуляли ракетами по кораблям в Красном море, так и пуляют. Иран — это хуситы на максималках. У них не тысячи, а десятки тысяч дронов и ракет. У них собственная производственная база, которую они спрятали под землю.

УЛЬТИМАТУМ БЕЗ БЕРЕГОВ: ПОЧЕМУ ТРАМП В ЛОВУШКЕ

Здесь мы подходим к главному парадоксу этой авантюры. Чтобы гарантированно прекратить обстрелы танкеров и обезопасить пролив, есть только один рабочий военный метод. Старый, кровавый, нетехнологичный метод. Нужно высадить на иранский берег морскую пехоту и физически, метр за метром, зачистить горы, пещеры и побережье.

Но Трамп никогда этого не сделает. Наземная операция в Иране — это Вьетнам, Ирак и Афганистан вместе взятые. Иран больше, гористее и злее. Для оккупации прибрежной полосы потребуются сотни тысяч солдат. Пойдут цинковые гробы. Для Трампа, который всегда обещал «вернуть парней домой» и не начинать бесконечных войн, это политическая смерть.

В итоге Вашингтон оказывается в идеальной мышеловке. Трамп не может провести наземную операцию — это крах его рейтинга. Но он не может и просто «разбомбить и уйти», потому что КСИР выживет в своих подземельях и продолжит методично расстреливать танкеры.

Иранцам не нужно побеждать американскую армию в прямом столкновении. Этого никто и не планирует. Им нужно просто сделать судоходство в проливе невозможным. Если через Ормуз (через который проходит около 20-30% всей мировой нефти и сжиженного газа) перестанут идти танкеры, цена на нефть пробьет потолок в 150, а то и 200 долларов за баррель.

Для США, где цены на бензоколонках прямо конвертируются в голоса избирателей, это катастрофа. Инфляция взлетит, экономика начнет тормозить. И виноват в этом будет лично президент, затеявший «быструю и победоносную» операцию. Саудиты и Эмираты тоже завоют: их нефть окажется запертой в Персидском заливе. Хуже того, Иран может начать бить дронами по их нефтеперерабатывающим заводам и опреснительным установкам просто ради того, чтобы сделать больно союзникам США. Израиль им не поможет — у евреев нет ни флота, ни желания охранять арабские танкеры за тридевять земель.

ВЫХОД ЧЕРЕЗ УНИЖЕНИЕ

Никакой военной победы в классическом смысле здесь не предвидится. Вся эта война — это битва пиара и болевых порогов.

Трамп делает ставку на то, что массированные бомбардировки вызовут паралич управления и бунт внутри Ирана. Иранцы делают ставку на то, что они смогут блокировать пролив дольше, чем Трамп сможет терпеть обвал рынков и истерику собственных избирателей.

Если КСИР проявит упертость и не испугается бомб, Америка окажется перед выбором из двух зол. Либо втягиваться в затяжную, изматывающую войну на истощение с патрулированием пролива и ежедневными потерями сотен миллионов долларов на отражение копеечных атак. Либо договариваться.

Но как договориться, если Трамп уже публично заявил, что смешает Иран с песком, а Иран пообещал отомстить за убитых лидеров? Никто не может позволить себе потерять лицо.

Именно поэтому конфликт закончится не капитуляцией на авианосце, а кулуарным, дурно пахнущим договорняком в темноте. Скорее всего, через китайских или оманских посредников. США по-тихому свернут бомбежки и отведут ударные группы, заявив для внутренней аудитории: «Мы уничтожили весь их потенциал, миссия выполнена, Иран лежит в руинах».

А Иран, в свою очередь, даст негласный приказ своим полевым командирам прекратить пускать ракеты по танкерам, заявив своему населению: «Мы выстояли перед Великим Сатаной, не дрогнули, и он трусливо сбежал».

В сухом остатке мы получим сгоревшие миллиарды, разрушенные города, пару сотен трупов в Персидском заливе и статус-кво, который не решит вообще ничего. Ормузский пролив останется тем, чем он является сейчас — пороховой бочкой с зажженным фитилем. А эксперты на CNN вернутся в свои студии, чтобы с умным видом рассказывать, как филигранно сработала американская стратегия и как мир стал безопаснее.

Хотя любой прагматик понимает: когда ты пытаешься кувалдой убить рой ос в узком коридоре, ты, конечно, сломаешь пару стен и раздавишь несколько насекомых. Но в итоге ты выбежишь из этого коридора покусанным, опухшим и злым. А осы так и останутся жить в своих щелях. И в следующий раз, когда тебе понадобится пройти по этому коридору, они будут ждать.

Источник