Репутация Уильяма Бернса как ветерана высшего правительственного чиновника, который пользуется большим уважением в США и хорошо знает Израиль, повысила его ценность в администрации Байдена,-пишет Йона Джереми Боб, The Jerusalem Post, 21.10.2022
Уильям Бернс всю свою жизнь занимался изучением России и Владимира Путина.
В течение последних нескольких месяцев он оказывал огромное влияние на политику США в отношении Москвы, а президент США Джо Байден прислушивался ко всем ключевым прогнозам и решениям.
Будучи главой ЦРУ, Бернс убедил Байдена рассекретить беспрецедентное количество разведданных, чтобы попытаться помочь Украине и смутить и удержать Россию от ее вторжения, а затем и от продолжения борьбы.
В середине сентября он объявил вторжение Путина «провалом».
С тех пор как Байден произнес свою первую большую речь перед разведывательным сообществом США в июле 2021 года, дело продвинулось далеко вперед.
Эта речь была на территории директора Национальной разведки США Аврил Хейнс, и Байден публично признал ее вклад, в отличие от Бернса. Отчасти это имело отношение к внутренней стратегии США, а не к месту ЦРУ во внешней политике.
Но можно с уверенностью сказать, что репутация Бернса как ветерана высшего правительственного чиновника, который пользуется большим уважением в США и хорошо знает Израиль, повысила его ценность в администрации Байдена.
Тем не менее, что касается Иерусалима – даже если Россия также имеет значение – реальный вопрос заключается в том, что имел в виду Бернс и что он будет иметь в виду для дальнейшей политики США в отношении Ирана?
Во-первых, хотя его карьера была сосредоточена на России, он также служил послом в Иордании во время администрации Клинтона.
Кроме того, он принимал активное участие в переговорах эпохи Обамы по ядерной сделке с Ираном в 2015 году.
Известно, что его взгляды на Иран до администрации Байдена не сошлись бы с мнением правительств Биньямина Нетаньяху, Нафтали Беннета или Яира Лапида по этому вопросу.
Он раскритиковал Дональда Трампа за выход из сделки и за «кампанию максимального давления», а также выразил сомнения по поводу убийства начальника сил «Кудс» КСИР Касема Сулеймани..
В январе 2020 года в статье для Фонда Карнеги вместе с советником Байдена по национальной безопасности Джейком Салливаном Бернс написал: «Как мы уже утверждали ранее, мы находимся на этом опасном этапе из-за глупого решения Трампа выйти из ядерной сделки, его зазеркальной концепции принудительной дипломатии и его добровольных бескомпромиссных пособников в Тегеране”.
«Когда сделка была заключена, Иран оставался противником, но беспилотные летательные аппараты США не были сбиты Ираном в международных водах, судоходство и инфраструктура Персидского залива не были поражены иранскими минами и ракетами, а американский персонал не был мишенью шиитских ополченцев в Ираке», — говорится в сообщении.
Бернс и Салливан также написали: «Отказ от ядерного соглашения, самостоятельно и без каких-либо доказательств иранского обмана, начал предсказуемый цикл эскалации и балансирования на грани войны. Это цикл, который Трамп ускорил мускулистым бахвальством и «максимальным давлением», не связанным с реалистичными целями или осторожным предвидением».
Примечательно, что Бернс обратил внимание на резкое увеличение числа нападений Ирана на американские интересы в эпоху Трампа.
Другими словами, после заключения ядерной сделки Иран полагал, что может делать на Ближнем Востоке все, что захочет, потому что Вашингтон не поставит под угрозу сделку, раскачивая лодку.
Бернс также не затронул стратегию США в отношении Ирана после истечения срока действия ядерных ограничений JCPOA в 2025 и 2030 годах.
Предположим, что Бернс был прав и что для Трампа было глупо выходить из ядерной сделки так рано в 2018 году.
В конце концов, сейчас мы находимся в осени 2022 года, и как бы ни была близка к ядерному оружию Исламская Республика, она все еще избегает пересечения порога.
И наоборот, если США и Иран вернутся к СВПД без каких-либо улучшений в сделке, ключевые ограничения истекут менее чем через три года.
Что тогда?
Бернс как частное лицо в январе 2020 года и как чиновник администрации Обамы в 2015 году, однако, может быть “не идентичен” Бернсу в качестве главы ЦРУ в 2022 году.
В марте Бернс заявил Комитету по разведке Палаты представителей США, что независимо от результатов ядерных переговоров с мировыми державами в Вене, Иран будет продолжать представлять угрозу на всем Ближнем Востоке.
Бернс отметил, что «в течение многих лет я вел переговоры по этим вопросам с иранцами… мы помним о том, что иранский режим представляет собой не только ядерную или ракетную проблему, но и угрозу на Всем Ближнем Востоке и для наших партнеров на Ближнем Востоке. Независимо от того, как пройдут переговоры, эти угрозы будут продолжаться».
За несколько дней до того, как он дал показания Конгрессу, разведывательное сообщество США опубликовало свой ежегодный доклад об угрозах по всему миру, на который Бернс имел бы значительное влияние, в котором говорилось:
«Тегеран попытается использовать свою расширяющуюся ядерную программу, прокси и партнерские силы, дипломатию, а также военные продажи и приобретения для достижения своих целей. Иранский режим считает себя запертым в экзистенциальной борьбе с Соединенными Штатами и их региональными союзниками, в то время как он преследует свои давние амбиции по региональному лидерству.”
Кроме того, в докладе говорится: «Избрание президента Ибрагима Раиси в 2021 году активизировало Верховного лидера Али Хаменеи, чтобы попытаться добиться прогресса в его долгосрочном видении превращения Ирана в панисламскую державу, способную защищать глобальные мусульманские дела, одновременно ужесточая свое теократическое правление у себя дома».
«Мы считаем, что Иран будет угрожать гражданам США напрямую и через прокси-атаки, особенно на Ближнем Востоке. Иран также по-прежнему привержен развитию сетей внутри Соединенных Штатов – цель, которую он преследовал более десяти лет», – говорится в докладе.
В докладе также говорится, что Иран представляет угрозу для Израиля.
Все это не похоже на мягкое отношение к Тегерану.
Так изменился ли Бернс в этом вопросе, как только у него появился доступ к полному взгляду на угрозу, который может предложить ЦРУ?
Возможно, но маловероятно.
Бернс никогда раньше не служил в ЦРУ, но он служил в качестве высокопоставленного дипломата в течение десятилетий, работая с агентами ЦРУ за рубежом, действующими из его посольств.
Были неоднозначные признаки того, был ли Бернс первым выбором Байдена, но его дипломатическое прошлое было частью того, что дало ему работу.
На возможного более раннего выбора, бывшего исполняющего обязанности директора ЦРУ Майкла Морелла, некоторые демократы Сената наложили вето за защиту ЦРУ от обвинений в пытках задержанных террористов после 9/11.
Вместо этого Байден, похоже, выбрал Бернса из-за его опыта в отношении России и впечатления, что он будет вызывать уважение и легитимность как к ЦРУ, так и к отношениям разведывательного сообщества с другими частями правительства США..
В любом случае, Бернс был не просто дипломатом, но и стал достаточно опытным, чтобы быть знакомым как с аналитическими отчетами ЦРУ, так и с некоторыми текущими полевыми операциями.
Это означает, что он знал довольно много об угрозах для США, и хотя это не было его целью, угрозы Израилю.
Бернс и Коэн
Бернс, возможно, имел доступ к разведывательным материалам, когда он был частью Государственного департамента, но он не был ключевым разведывательным мостом с директорами Моссада Йосси Коэном, а затем с его преемником Дэвидом Барнеа, каким Бернс был в течение последних полутора лет.
Когда Майк Помпео стал главой ЦРУ, он встретился с Коэном в Вашингтоне и приехал в Израиль, чтобы провести несколько дней с тогдашним главой Моссада в первый месяц его работы.
Бернс встретился с Коэном в апреле 2021 года, что было довольно скоро после вступления в должность, поскольку он не был утвержден до марта 2021 года. Неясно, сколько времени они провели вместе в тот ранний период по сравнению с Помпео, и известно, что Коэн скоро покинет свой пост.
Единственное, что Коэн мог сказать Бернсу, это то, что США стали больше зависеть от Израиля в вопросах шпионажа за Ираном.
Риск такой зависимости стал очевиден в апреле 2021 года, когда Израиль взорвал взрывчатку на иранской атомной электростанции в Натанзе.
Тогдашний премьер-министр Биньямин Нетаньяху, как сообщается, приказал сократить обмен информацией с США об операциях в Иране.
Американская и израильская стороны оспаривают то, что положило начало этой тенденции – утечки США предыдущих операций, американское игнорирование израильских опасений по поводу переговоров с Ираном или было ли это просто естественным побочным продуктом политических разногласий сторон по Ирану.
У Бернса и Коэна состоялся оживленный обмен мнениями по этому вопросу, в котором ни один из них не отступил.
Тем не менее, Коэн пытался исправить ситуацию в последние месяцы своего пребывания на посту главы Моссада.
Когда Коэн посетил Вашингтон вскоре после удара по Натанзу, глава ЦРУ отправился к своему набору инструментов дипломатии, занял высокое положение и вручил ему награду за управление тесным партнерством между подпольными агентствами.
Бернс также сопровождал Коэна на ключевую встречу с самим Байденом, которая, возможно, значительно повлияла на позиции США по ядерным вопросам Ирана в то время.
Кстати, Коэн сказал The Jerusalem Post, что, независимо от политических различий, Бернс считался высокопрофессиональным и талантливым.
Отношения также улучшились, когда Нетаньяху был заменен Нафтали Беннетом на посту премьер-министра, но другим новым поворотом стал переход от Коэна к нынешнему директору Моссада Дэвиду Барнеа.
Бернс и Барнеа
Барнеа возглавил Моссад в июне 2021 года, а Бернс посетил его и Беннетта в Израиле в августе 2021 года, всего за несколько недель до того, как Беннетт отправился в Вашингтон, чтобы встретиться с Байденом.
Визит Бернса в Израиль состоялся, когда в ядерных переговорах с Ираном был тупик и поворотный момент, а также утечки, которые США могут радикально изменить, чтобы пойти на дополнительные уступки Тегерану, чтобы попытаться выйти из тупика.
Даже без этой дополнительной динамики несколько директоров Моссада сказали Washington Post, что их первые встречи с главой ЦРУ могут стать одним из главных событий, которые определяют их срок пребывания в должности.
После всего этого многие предположили, что основной целью визита Бернса в Израиль в то время была попытка заставить еврейское государство сохранять спокойствие, в то время как Вашингтон планировал предложить Исламским Республике новые потенциальные уступки.
Широко обсуждалось, что США снимут некоторые санкции (сколько и какие из них будут ключевыми) в обмен только на замораживание иранского ядерного прогресса.
Это помешало бы Ирану двигаться вперед и постоянно приближаться к прорыву к ядерному оружию, но это ничего не сделало бы, чтобы вернуть Тегеран к ядерным ограничениям или свернуть его обширный прогресс с середины 2019 года.
Было предположение, что Барнеа и Бернс могут обсудить потенциальные сценарии совместной тайной деятельности или кибер-деятельности, чтобы замедлить Иран, но Post было дано указание на то, что никаких конкретных соглашений по таким вопросам никогда не было достигнуто.
Но израильские официальные лица надеялись, что любая новая сделка с Ираном не ограничит такие операции, которые в прошлом включали саботаж иранских ядерных объектов и убийство иранских ученых-ядерщиков.
Затем в декабре 2021 года Барнеа выступил с громкой и боевой речью, не оставив сомнений в том, какое место он занимает во внутренних дебатах Моссада и более широких глобальных дискуссиях о том, как вести себя с Исламской Республикой.
«У Ирана не будет ядерного оружия – ни в ближайшие годы, ни когда-либо. Это мое личное обязательство: это обязательство Моссада.
«Наши глаза открыты, мы бдительны, и вместе с нашими коллегами в оборонном ведомстве мы сделаем все возможное, чтобы держать эту угрозу подальше от государства Израиль и препятствовать ей всеми способами», — сказал глава Моссада.
Несколько дней спустя Барнеа посетил Бернса в Лэнгли.
Пожурил ли его Бернс на той встрече за то, что он громко и открыто выступил против всего, к чему стремится администрация Байдена?
Ничего не просочилось, но не казалось, что последовательное желание и стремление США присоединиться к ядерной сделке с Ираном вообще изменились после этой встречи или в течение нескольких месяцев, пока Россия и Иран не создали новые препятствия в марте.
Таким образом, кажется, что каким бы ни был их уровень сотрудничества, Барнеа не смог полностью изменить взгляды Бернса самостоятельно. Без влияния там он также, вероятно, был ограничен в воздействии на других в администрации Байдена.
Не было никаких сообщений о том, что Бернс пригласил Барнеа на встречу с Байденом, как это произошло с Коэном. Справедливости ради следует отметить, что глава Моссада редко (хотя и не редко) встречается напрямую с президентом США, и встреча с Коэном, возможно, была редкой разновидностью завершающего момента, в то время как Барнеа все еще находится на ранней стадии своего срока.
И все же, когда Израиль, якобы, провел свою крупнейшую недавнюю кампанию против Ирана, критика со стороны США утихла.
С 30 апреля по 15 июня дуэт Беннетт-Барнеа якобы заставил Моссад ликвидировать нескольких ученых-ядерщиков, а также высших должностных лиц КСИР, которые обычно возглавляли бы усилия по возмездию в случае гибели иранских ученых-ядерщиков.
Это был период времени, когда ядерные переговоры с Ираном снова зашли в тупик, и США все больше злились и нетерпеливы на Хаменеи из-за его ядерных нарушений и неспособности заключить сделку и положить конец ядерному противостоянию.
Это означало, что администрация Байдена, включая Бернса, вероятно, была гораздо более терпима к тому, чтобы Израиль был «плохим полицейским»и бил по Ирану, в то время как он мог ждать своего часа в качестве «хорошего полицейского», к которому Иран мог бы вернуться, если бы хотел, чтобы боль закончилась.
Ничто из этого не говорит о том, что Вашингтон продвигал израильскую кампанию эскалации против Тегерана, но это объясняет, почему было меньше критики, чем в 2021 году.
Следующая громкая встреча Бернса и Барнеа состоялась в начале сентября. Это произошло после просочившегося брифинга, который Барнеа дал Лапиду, в котором он раскритиковал США за то, что они якобы готовы пойти на проблемные уступки Ирану, чтобы подписать СВПД.
В то время общепринятым мнением было то, что Иран и США проведут церемонию подписания в течение нескольких дней или недель, и конкретные положения почти подписанной сделки просочились в СМИ.
Затем сделка сорвалась или затянулась как минимум на несколько месяцев.
Некоторые считают, что это был план Хаменеи с самого начала, но часть сделки произошла в то же время, когда США отклонили просьбу Ирана закрыть расследования МАГАТЭ, поскольку Барнеа предоставлял Америке последние разведданные о продолжающихся нарушениях со стороны Ирана.
Было бы преувеличением сказать, что Барнеа заставил Бернса и Байдена отказаться от сделки.
Но Бернс был более жестким по отношению к Ирану в годы Байдена, чем в годы Обамы.
Мост Барнеа-Бернс, возможно, убедил Вашингтон отстаивать свои позиции по вопросу о расследованиях МАГАТЭ, что привело к тому, что Исламская Республика отказалась от сделки, которую она в противном случае была готова подписать.
Бернс о палестинцах
Глава ЦРУ не просто взвесил вопрос об Иране.
Он также был ключевым собеседником палестинцев, будучи одним из первых визитов администрации Байдена на высоком уровне в ПА в августе 2021 года.
Когда Бернс посетил ПА, палестинский чиновник в Рамалле сказал Халеду Абу Тоаме:
«Визит показывает, что администрация Байдена серьезно относится к восстановлению отношений Вашингтона с палестинцами и укреплению палестинского руководства при президенте Махмуде Аббасе.
«Политика администрации Байдена в отношении палестинцев очень хорошая», — добавил чиновник, отметив встречу Бернса в Рамалле с Аббасом и Маджедом Фараджем, главой Службы общей разведки ПА.
Фарадж вместе с высокопоставленным палестинским чиновником Хусейном аль-Шейхом, главой Главного управления по гражданским делам, рассматривались многими палестинцами как фактические правители ПА. Говорят, что они оказали огромное влияние на 85-летнего Аббаса.
В то время чиновник сказал Washington Post, что палестинцы «очень довольны» политикой администрации Байдена по «укреплению» ПА.
Позже ПА несколько испортила Байдена за то, что он не двигался быстрее, чтобы восстановить традиционное консульство США в Восточном Иерусалиме, посвященное его делам.
Тем не менее, попытка использовать Бернса для восстановления отношений после разрыва между ПА и администрацией Трампа была безошибочной.
С другой стороны, Бернс не участвовал в визите Байдена с Израилем и палестинцами в июле.
Правда, руководители ЦРУ часто совершают свои собственные тихие визиты, и они часто пропускают более публичные президентские визиты.
Но наряду с небольшим количеством публичных заявлений Бернса в отношении палестинцев по сравнению с его заявлениями о России или Иране, неясно, играл ли он какую-либо устойчивую роль в этом вопросе, поскольку, возможно, использовался ранее в срок полномочий администрации, чтобы попытаться начать лучшие отношения.
Последнее участие ЦРУ будет заключаться в оценке разведданных, которые ШАБАК (Агентство безопасности Израиля) предоставило ему в начале сентября в отношении некоторых палестинских НПО гражданского общества, которые Израиль объявил незаконными.
ШАБАК надеется убедить Бернса принять его сторону и что он убедит остальную часть администрации Байдена не критиковать Иерусалим по этому вопросу.
Бернс является лишь одной из ряда высокопоставленных фигур в администрации, и его основным направлением не всегда является Израиль.
Но в той мере, в какой он является ключевой фигурой в вопросах Ирана, а также приложил руку к палестинским вопросам, он человек, за которым нужно следить за наблюдателями за Израилем и Ближним Востоком.
Last Updated on 22.10.2022 by iskova